Шрифт
А А А
Фон
Ц Ц Ц Ц Ц
Изображения
Озвучка выделенного текста
Настройки
Обычная версия
Междубуквенный интервал
Одинарный Полуторный Двойной
Гарнитура
Без засечек С засечками
Встроенные элементы
(видео, карты и т.д.)
Вернуть настройки по умолчанию
Туруханск
14 апреля, ср
Настройки Обычная версия
Шрифт
А А А
Фон
Ц Ц Ц Ц Ц
Изображения
Междубуквенный интервал
Одинарный Полуторный Двойной
Гарнитура
Без засечек С засечками
Встроенные элементы (видео, карты и т.д.)
Вернуть настройки по умолчанию
Туруханск
14 апреля, ср

Вороговский калейдоскоп (часть 1)

9 августа 2017
2

В 1614 году мангазейские казаки поставили здесь Дубческое зимовье для сбора ясака с местных племён остяков и инбаков. Со временем выросла Дубчаская слобода, которая также называлась Вороговым, по фамилии одного из первых жителей – Ивана ВОРОГОВА.

Однако, основателем села считается предприимчивый «промышленный человек» Осип Григорьевич ЦЫПАНЯ, поселившийся здесь в 1637 году. Он решил выращивать в наших местах зерновые. Царское правительство поддержало начинание и выдало ему грамоту. Она освобождала от повинностей и налогов с тем, чтобы не мешали ему «пашню распахивать, слободу строить и вольных людей с Руси призывать».

Именно с этой даты мы считаем возраст села.  

В 1651 году в слободе было 16 дворов. А в 1854 году – 23 домохозяина, населения 123 человека. Построена православная церковь, казённый запасный магазин. К 1917 году число жителей возросло до 200 человек. На 2017 год в сёлах Ворогово, Колокольный яр, Индыгино, Сандакчес – 1557 жителей.

17 сентября 1913 года в Ворогово заезжал знаменитый норвежский путешественник, полярный исследователь Фритьоф НАНСЕН.  По приглашению из России и от англо-норвежской компании НАНСЕН совершал большое путешествие по Сибири и Дальнему Востоку.  На пароходе «Коррект», из Норвегии через Северный Ледовитый океан (по Карскому морю) экспедиция добралась в устье Енисея, затем по реке и на лошадях до Красноярска, и оттуда по железной дороге до Владивостока.

Путешественнику нужно было отправить телеграмму домой в Норвегию. В Ворогово уже была первая телеграфная станция, принимавшая  телеграммы. То была строившаяся тогда линия, проводившаяся до села Дудинского и уже достигшая Ворогово, шла она от города  Енисейска.

Вот как описывает это сам НАНСЕН: «Мужик пошёл вперёд, указывая дорогу и сгоняя с мостков коров, привёл нас в маленькую телеграфную станцию, где помещалась также почтовая контора и сберегательная касса. Станция обслуживалась четырьмя чиновниками, одетыми в форму, вроде военной. Наших телеграмм, написанных латинскими буквами, не приняли. Здесь умели передавать только русский  алфавит».

Детей НАНСЕН известил о своём благополучном прибытии, послав телеграмму по-русски в Енисейск, с просьбой передать её дальше на одном из европейских языков.

Из рассказа (1950 год) М.М. и Н.С. КРАСНОПЕЕВЫХ. «Помним, как пошли первые пароходы, сначала один, потом второй, третий. По названиям – то их мало тогда называли, всё больше по фамилиям хозяев: Ярлыковский, Серебрянниковский, Кытмановский. Как пошли эти пароходы, так мы подумали, ну какое теперь облегчение народу будет! Да только не получилось этого. Бывало, выйдешь поздно осенью на берег, глядишь, уже шуга идёт, а вверх по Енисею судёнышки двигаются. Большие, крашенные, как пароходы, с мачтами, грузы везут из Туруханска в Енисейск. Да только не сами они идут, а люди их тянут. Впрягутся в лямки человек по восемь, десять и ведут судно против воды. Идут медленно так, качаются, в ногу шагают, как солдаты, чтобы легче тянуть было, а дело уж к зиме, бечева обледенела, ветер насквозь их продувает, пот на ресницах сосульками смерзается, а они всё идут да идут. От деревни Осиново до Ворогово 38 вёрст, так они этот станок дён восемь-девять шагают. Лямочниками таких людей звали, нужда их гнала. Ходили в лямочниках и некоторые из нашего села. Даже в 1908 году, когда на Енисее было уже несколько больших пароходов и барж, всё равно они не справлялись с вывозом грузов из Туруханска. Осенью, перед тем как Енисею становиться, собирались из нашего села человек по пятнадцать, садились в лодку и плыли вниз, до Подкаменной Тунгуски. Встречали там купеческие илимки и шитики с грузом подряжались вести их бечевой до Енисейска. Плата была, как будто бы, неплохая: рубль в день на хозяйских харчах, но человек не мог долго выдерживать такой работы, тем более, что и харчи-то всегда были скудные».

Староста села имел право, если кто не мог уплатить податей, отдать такого неплательщика «в срока», батраком в принудительном порядке какому-нибудь купцу, пока тот не отработает долги. Купец вносил за батрака недоимку и использовал на работе, где хотел. Большинство таких батраков посылали лямочниками.

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Дома крестьян были 5-6-этажными,  у купцов – двухэтажными, с красивыми резными наличниками. На пригорках курились бани. Держали коров, овец, лошадей. Для тех, кто строился, устраивали «помочи» – всем селом приходили на выручку, подвозили лес, возводили дома. Денег не брали: хозяин лишь угощал ужином после работы.

«Один из крестьян, что первым в селе завёл занавески на окна, подвергся всеобщему осуждению: что же он может скрывать?»

Большие, крытые жердями дома, где под одной крышей размещаются и жилые помещения, и хозяйственные постройки – такая архитектура жилых домов очень удобна у нас на Севере. Подобный тип слободы был  обычным в Приморье, откуда он и был занесён к нам. В вороговской архитектуре просматриваются черты  пришлой – северно-архангельской, пинежской  культуры, откуда и были родом «вольные, гуляющие люди».

Редакция

Картина дня

Продолжается регистрация на трек «Информационные технологии» конкурса управленцев «Лидеры России»

До 26 апреля на сайте ЛидерыРоссии.рф продолжается регистрация на трек «Информационные технологии» четвертого конкурса «Лидеры России» – флагманского проекта президентской платформы«Россия – страна в…