Меню
16+

«Маяк Севера» – общественно-политическая газета Туруханского района Красноярского края

Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 33 от 20.05.2020 г.

ИЗ ИСТОРИИ ТУРУХАНСКОГО КРАЯ

Автор: Татьяна Сергиенко

Обращаясь к истории Туруханского края, нельзя не отметить две противоборствующие силы того времени: власть в лице отдельного пристава и ссыльных представленных во множестве личностей о которых помнят и о которых уже забыли ныне живущие поколения.

Так с 1822 года управление Туруханским краем находилось сначала в руках заседателя и его помощника, а с 70-х годов – в ведении отдельного пристава, обладавшего правами исправника… На нем лежали все полицейские и хозяйственные обязанности, так… в наблюдении за хлебозапасными магазинами ему помогали два помощника пристава. С июня по июль 1908 года Туруханский край посетил с инспекционной поездкой исполняющий дела Управляющего государственным имуществом Енисейской губернии И. ОКУЛИЧ. В своем отчете он сообщает по интересующему нас вопросу следующее:

… К категории этого же ряда мер, имеющих решающее значение, относится вопрос о дальнейшем управлении Туруханским краем. Существующий порядок противоречит самым элементарным нормам современного уклада жизни, так как вся административная и судебная власть … сосредоточена в лице Отдельного Туруханского пристава, а именно, он является: начальником полиции, мировым судьей, судебным следователем, нотариусом, податным инспектором, крестьянским начальником, заведующим кассой специального сборщика, смотрителем тюремного замка, заведующим хлебозапасными магазинами, соляной и пороховой стойками. Подобное совместительство, недопустимое по существу, является причиной полного безнравия. Каких-бы выдающихся личных качеств ни был Туруханский Отдельный пристав он, в силу обширности района его действий, разносторонности возложенных на него обязанностей (особенно с усилением политической ссылки в Туруханский край), не может в сколько-нибудь должной мере выполнять возложенную на него работу. Последнее создает атмосферу полного произвола, которая царит в сфере торгово-промысловых отношений между инородцами … с одной стороны и различного рода торговцами с другой…

…В апреле 1909 года резиденция отдельного пристава и другие учреждения были переведены в село Монастырское. Население Туруханского края на тот момент составляло 15588 человек. В 1909 году летом, по отчету Окулича, в Туруханский край была направлена экспедиция Исаченко, которая первоначально пользовалась материалами собранными Отдельным Туруханским приставом.

ПУТЕШЕСТВИЕ НА СЕВЕР

В 1913 году туруханскую землю посетил известный норвежский путешественник Фритьоф НАНСЕН, именно он оставил наиболее подробные воспоминания о приставе КИБИРОВЕ. В своей книге «В страну будущего» он пишет:

«…Несколько лет тому назад местечко это было сделано административным центром Туруханского края, и таким образом здесь образовалось нечто вроде столицы. Прежде ею считался Туруханск, но его местонахождение крайне неудачно – на обмелевшем притоке Енисея, в восьми верстах от этой реки и, следовательно, вне транзитного пути вверх и вниз по Енисею. Несколько лет тому назад, вдобавок, казенные здания в Туруханске были сожжены разбойничьей шайкой, – вот и решили перенести административный центр в более подходящее место. Выбор пал на селение близ известного старого монастыря, при впадении в Енисей большого притока – Нижней Тунгуски…

…Прежде всего, мы направили наши стопы к церкви, поблизости от которой должна была находиться почтовая контора, где могли ожидать нас письма. Миновав церковь, мы подошли к длинному деревянному строению, принадлежавшему, как нам после объяснили, монастырю, но занятому казенными учреждениями. Там помещалась почта, там проживало и высшее местное начальство — сам пристав, который играет роль губернатора для всего Туруханского края, простирающегося к северу до самого Ледовитого океана…

…Разочарованные, отправились мы с визитом к приставу, квартира которого находилась по другую сторону коридора. Пристав, г. КИБИРОВ, скромный, чрезвычайно милый и добродушный господин, принял нас очень радушно. В нем не было и тени грубости или жестокости, которые можно было бы ожидать встретить в столь могущественной персоне в этом краю преступников и ссыльных. Родом он был с Кавказа, – Лорис-Меликов и здесь встретил земляка! — и принадлежал к осетинам, самому дикому из горных племен, которые вообще не прочь поразбойничать. Сей представитель племени, однако, меньше всего походил на дикаря и разбойника. Осетины – татарского корня и религию исповедуют магометанскую, но наш новый знакомый и его жена, тоже осетинка, были христиане и люди вполне цивилизованные.

Мы явились совсем неожиданно, Пристав немедленно вышел и вернулся к нам в полной форме, при шашке, да так уж и щеголял в них вплоть до самого нашего отъезда…

…После осмотра церкви мы вернулись к приставу пить чай вместе с духовными особами и заведующим телеграфною станцией, которая скоро должна была быть готова, В настоящее время вели линию к северу от Енисейска, и телеграфное сообщение уже действовало до самого села Ворогова, почти в четырех днях езды от Енисейска. К зиме должны включить и Троицкое, а затем вести линию до самой Дудинки. Тогда и эти области будут присоединены к мощной телеграфной сети. Чашка чаю, которою хотели нас угостить пристав и его симпатичная жена, оказалась солидным завтраком из многих холодных блюд, разного печенья и вина…

…Все мое участие в общей компании ограничилось тем, что я снял с нее фотографию. Время, однако, шло, а нам нельзя было слишком засиживаться, если мы хотели пользоваться дневным светом, чтобы двинуться дальше. Поблагодарив за гостеприимство, мы простились с любезною хозяйкой и вышли в сопровождении пристава и двух духовных лиц, намереваясь посмотреть город к сделать кое-какие покупки, прежде чем вернуться на пароход…

…Мы прошлись по городу. В некоторых своих частях он оставался прежнею деревнею, которая когда-то раскинула свои широкие улицы и низенькие уютные крестьянские домики по соседству с монастырем. Зато вся северная часть города строилась заново на месте вырубленного леса. Уже начата постройка правительственных зданий, госпиталя, школы и дома для докторов, но все как раз выгорело дотла за несколько недель до нашего приезда. Кроме того, здесь выстроили большое зернохранилище, которое могло бы вместить до 300000 пудов зерна, запасаемого для населения на всякий случай. Пока что зерна в нем было не больше трех тысяч пудов…

Спускаясь к реке вдоль обрыва, мы прошли мимо трех-четырех избушек, вернее полуземлянок, вырытых в песчаном откосе берега.

Землянки эти служили временным помещением для бывших уголовных каторжников, помилованных в этом году и высланных в здешние места, где они должны были приписаться к крестьянскому обществу. Им не разрешалось только покидать пределы Туруханского уезда. Они побывали в «тяжелых каторжных работах» и, по всей вероятности, были серьезными преступниками. Один из них оказался дома. Пристав вошел к нему и попросил его показаться, чтобы я мог сфотографировать его у входа в землянку…

…После долгих проволочек и четырехкратных прощаний, когда я уже успел сфотографировать всех, произошел самый что ни на есть последний обмен приветственными напутствиями, и я, к радости своей, убедился, что ВОСТРОТИН вырвался-таки от своих собеседников и направляется к лодке. У лодки, однако, состоялось еще одно теплое сердечное прощание, после чего мы направились к пароходу, подняли якорь и вышли на середину реки, а пристав с двумя духовными лицами по бокам медленно направился вверх по залитой солнцем горе к монастырской церкви, опять к своей неожиданно нарушенной мирной жизни. Долго еще маячила на фоне синего неба над лесом церковь с ее куполом и блестящим шпилем».

В ТУРУХАНСКОЙ ССЫЛКЕ

Через год после посещения Фритьофом НАНСЕНОМ Туруханского края, 106 лет назад, в 1914 году, прибыли под надзор полиции новые ссыльные. В их числе Вера Лазаревна ШВЕЙЦЕР (Ревека Лейзеровна), соратница С.С. СПАНДАРЯНА и И.В. СТАЛИНА. Ее судьбу проследила Татьяна Викторовна СИЛКИНА. Известно, что Вера Лазаревна родилась 18 октября 1887 года в г. Ростове в еврейской семье. Мать домовладелица, занималась крупной торговлей, отец – народный учитель, сочувственно относящийся к революционному движению.

Она начала участвовать в революционном движении еще с Ростовской стачки 1902 года. В 1905 году вступает в члены РСДРП. Донская организация в то время была смешанная, большевики и меньшевики работали вместе. ШВЕЙЦЕР примкнула к фракции большевиков и как пропагандист вела работу среди рабочих, принимала активное участие в Декабрьском вооруженном восстании 1905 году в Ростове на Дону. В 1906 году вошла в состав Донского комитета РСДРП, в качестве секретаря и организатора. В этом же году она была арестована вместе со всем комитетом и получила административную ссылку в Бердянск. В 1907 году вновь арестована в Ростове, за нелегальный приезд в город на судебный процесс товарищей и вновь административная ссылка.

В 1909 году Вера Лазаревна выехала в Петербург и поступила на Высшие Женские курсы. В 1912 году окончила их, юридический факультет, но государственный экзамен не держала. Одновременно с учебой, в Питере, она была связана с Русской группой большевистского ЦК РСДРП, с Иннокентием (И.Ф. ДУБРОВИНСКИМ) и Макаром (В.П. НОГИНЫМ). Держала связь с фракцией РСДРП 3-й Государственной думы и подпольными организациями Питера, Москвы, Киева, Ростова-на-Дону, Баку и Тифлиса, была агентом нового большевистского ЦК – СТАЛИНЫМ, Серго ОРДЖОНИКИДЗЕ, СПАНДАРЯНОМ, в Петербурге принимала участие в работе Российской организационной комиссии (РОК) по созыву Пражской конференции и др.

В первой половине 1912 года департамент полиции нанес ощутимый удар по РСДРП. Были арестованы члены ЦК Русского Бюро – Серго ОРДЖОНИКИДЗЕ, Иосиф ДЖУГАШВИЛИ, Сурен СПАНДАРЯН и кандидат в члены ЦК Е.Д.СТАСОВА и др.

В июле была арестована в Ростове-на-Дону студентка Вера ШВЕЙЦЕР, которая была связующим звеном между Стасовой и Петербургской, Ростовской и Одесской организациями РСДРП. У Швейцер жандармы захватили обширную переписку, которую она привезла в Ростов. Среди них были письма СПАНДАРЯНА, ОРДЖОНИКИДЗЕ, СТАСОВОЙ. Веру Лазаревну этапировали в Тифлис для присоединения к делу Е.Д. СТАСОВОЙ. Начальник корпуса жандармов в годовом отчете в Петербург написал: «15 июня ликвидирована группа Веры (Ревеки-Кейли) ШВЕЙЦЕР по связи с «Дельтой» — (Еленой СТАСОВОЙ) из Тифлиса, куда и была отправлена Швейцер со всем обширным материалом, где она была привлечена к дознанию».

3 мая 1913 года состоялся суд. Тифлисская судебная палата приговорила к вечному поселению в Сибирь СПАНДАРЯНА и СТАСОВУ. Веру Лазаревну приговорили также к ссылке в Сибирь. Ей и Сурену Спандаряну ссылка была назначена в Канский уезд, деревню Иннокентьевку. Примерно через год их отправляют отбывать ссылку в Туруханский край, с. Монастырское (ныне с.Туруханск), вначале С. СПАНДАРЯНА, затем ШВЕЙЦЕР.

В Монастырском они снимали флигель дома купца ЛУКАШЕВИЧА (ныне мемориальный дом-музей С.С. СПАНДАРЯНА). Хозяин дома сочувственно относился к политическим ссыльным и разрешал на свой адрес получать партийную литературу, корреспонденцию.

Прибыв в с. Монастырское в конце сентября 1914 года, Вера Лазаревна привезла наброски манифеста ЦК: тезисы В.И. ЛЕНИНА о войне, обсуждение которых происходило в домике, где жили СПАНДАРЯН и ШВЕЙЦЕР. У них часто собирались товарищи по ссылке, из Курейки не раз к ним в гости приезжал Иосиф ДЖУГАШВИЛИ. Она вспоминала о своем приезде — «Когда последняя баржа пришла в Туруханский край, я застала СТАЛИНА в селе Монастырском, Он гостил здесь у Сурена СПАНДАРЯНА». С этого времени они стали для Иосифа ближайшими помощниками, с которыми он поддерживал связь на протяжении всей ссылки. Да и СПАНДАРЯН и ШВЕЙЦЕР не раз бывали у него в Курейке. Одну из поездок она описала в своей книге «Сталин В Туруханской ссылке» в 1943 году: «Мы мчались на собаках по Енисею без остановки, через безлюдное пространство…. Мчались под несмолкаемый вой песцов. Вот и Курейка. На берегу Енисея, на возвышении, разбросано было несколько деревянных домишек, стоявших далеко друг от друга. У самого Енисея на небольшой возвышенности виднелась заледенелая избушка, засыпанная снегом до самого верха, до трубы. Только от порога отгребли снег, чтобы залезть в избушку, да окна своими ледяными глазами поблескивают из-под снега. Чтобы не проходил холод, обычно окна снаружи заставляли льдинами и для крепости заливали водой. Здесь и жил товарищ СТАЛИН. Мы подъезжали. Собаки, завидев впереди жилье, бежали во всю прыть. Из домиков выбежали люди. Навстречу нам вышел товарищ СТАЛИН. Местные жители с любопытством рассматривали полярных путешественников. Из соседнего домика лениво вышел стражник, медленно и важно подошел к нам. У нас с Иосифом Виссарионовичем была радостная теплая встреча».

В этой же книге Вера Лазаревна вспоминала о жизни и буднях в Монастырском. О том, как вначале ссылки сибиряки к ним присматривались, сторонились ссыльнопоселенцев, хотя в дальнейшем они стали друзьями, и помогали устраивать им сибирскую жизнь. Она пишет, что хлеб в Монастырском не продавали и нужно было выпекать самим. И с самоиронией писала, как овладевали искусством выпечки хлеба она, Сурен Спандарян и Сталин.

Длинные, бесконечные полярные ночи тяжело переживали ссыльнопоселенцы. Они часто заболевали сонной болезнью и цингой. «Сонную болезнь лечили очень просто: выносили больного на снег и тем же снегом растирали, пока не проснется. За цинготными товарищами мы следили. Как только такой цинготник хоть один день не показывается нам на глаза, организуем лыжный обход изб. Без лыж в такую пору нельзя было пройти даже в соседнюю избу – снега везде наваливало с человеческий рост. Если к цинготнику вовремя не попадешь, он может незаметно заснуть навсегда. Сам организм человека не в состоянии бороться с сонной болезнью».

Вера Лазаревна участвовала в политической жизни ссыльных, поддерживала переписку с большевиками, была участницей собрания ссыльных большевиков в июле 1915 года по обсуждению итогов суда над фракцией большевиков 4 Государственной думы.

Растущее количество политических ссыльных и проблем, которые возникали в их среде, приводят к периодическим столкновениям ссыльных с власть предержащим приставом и как результат воспоминания о прошлом записанные революционером Б. ИВАНОВЫМ:

«…В конце 1915 года по инициативе СВЕРДЛОВА возник вопрос об организации в селе Монастырском потребительского кооператива, который должен был охватить все станки Туруханского края… Начальник края пристав Кибиров разрешил созыв в селе Монастырском общего собрания членов кооператива. На это собрание пришли и ссыльные во главе со Свердловым. Но в разгар собрания, когда нужно было принимать устав, в помещение ворвались стражники и начали выгонять ссыльных, якобы не имеющих права быть членами кооператива. Без ссыльных собрание сорвалось. Свердлов предвидел возможный произвол полиции и своевременно заготовил телеграмму с протестом против ее действий. Телеграмма была послана в тот же день на имя министра внутренних дел за подписью части ссыльных и местных жителей…

На этот раз министр проявил «демократизм» и дал разрешение на участие ссыльных в кооперативе. Собрание состоялось, и был создан кооператив, в правление которого вошли ссыльные. Правда после этого рассерженный Кибиров начал мстить ссыльным и некоторых из них выслал на дальние станки края…».

Веру Лазаревну, которая ухаживала за больным СПАНДАРЯНОМ, эти гонения не коснулись. У Спандаряна было слабое здоровье, очень переживала за него, помогала ему и материально. Весной 1916 года он сильно заболел, необходима была медицинская помощь. По настоятельному требованию Веры Лазаревны и других политических ссыльных было произведено медицинское освидетельствование Сурена СПАНДАРЯНА. Ему был разрешен выезд в Енисейск, а затем в Красноярскую больницу общества врачей, где он умер 11 сентября 1916г. Его сопровождала, была с ним и похоронила в Красноярске вместе с товарищами — единомышленниками Вера Лазаревна ШВЕЙЦЕР.

А Борису Иванову заполнился не отъезд Сурена Спандаряна и Веры Лазаревны, а «…день 12 декабря 1916 года, когда группу мобилизованных в армию ссыльных (в числе которых был Иосиф Сталин) провожала колония ссыльных Монастырского и население этого села… Под звуки этой революционной песни мы рассаживались в санки. Растерявшийся стражник Кравченко побежал к начальнику края Кибирову, стоявшему на высоком берегу Енисея, за распоряжением, что делать с поющими революционную песню. Но вот мы сели в нарты, и пение прекратилось, так как его заглушила метель…»

Вере Лазаревне отбывать ссылку разрешили в г.Ачинске. Здесь же заканчивал ссылку, последние 2 месяца перед амнистией, И. ДЖУГАШВИЛИ (СТАЛИН). Во второй половине января 1917 года Сталин приехал в Ачинск и зашел на квартиру Веры Лазаревны. «Жила я тогда в доме Шатырской, по Никольской, 43, на краю города, при въезде в Ачинск. Это была явочная конспиративная квартира. При этой квартире была лавочка. Здесь во время войны, продавая солдатам махорку, заворачивали ее в нелегальные прокламации. В этой же квартире был и первый большевистский комитет, который продолжал работу после отъезда товарища Сталина из Сибири. У меня товарищ Сталин прожил несколько дней, а затем перебрался на отдельную квартиру, в комнату на первом этаже деревянного дома по улице Иркутской, 13».

По амнистии Февральской революции ШВЕЙЦЕР вернулась в Петроград, затем Тифлис и Ростов на Дону. В Ростове на Дону она работала вплоть до Октябрьской революции.

В ноябре 1917 года она выехала в Петроград и начала работать в Совете Народных Комиссаров, в Народном комиссариате просвещения. В 1926-1932 годы была членом Центральной Контрольной Комиссии ВКП(б), руководителем Группы Народного комиссариата рабоче-крестьянской инспекции, в 1933-34 годах работала в Народном комиссариате тяжелой промышленности. Была главным редактором журнала «Общественница». Активно работала в женотделах.

В 1933 году была награждена орденом Трудового Красного Знамени.

Еще при жизни В.Л. ШВЕЙЦЕР были изданы ее воспоминания о старых большевиках, с которыми ей пришлось работать и встречаться – о С.С. СПАНДАРЯНЕ, И.В. СТАЛИНЕ и др. Ее воспоминания помогли восстановить бытовую экспозицию в доме-музее С.С. СПАНДАРЯНА, открытом в мае 1941 года в с. Туруханске (бывшем Монастырском).

История объединила всех участников событий начала 20 века в далеком Туруханском крае. В двадцать первом веке продолжается исследование событий прошлого, благодаря информационным технологиям все больше людей в мире интересуются только тем где происходили переломные события века прошедшего, но и как формировались предпосылки к их осуществлению на берегах Енисея и Нижней Тунгуски.

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

23